victorvideo (victorvideo) wrote,
victorvideo
victorvideo

Category:

Кому на Руси жить нехорошо – и хочется, задрав штаны, бежать долой…

Кому на Руси жить нехорошо – и хочется, задрав штаны, бежать долой…

Некая дама из так называемых «культурных», судя по ее слогу, пишет в одной соцсети:

«Спросите любого нашего человека: «Кто виноват, что мы так плохо живем?» Ответов будет множество: от бывшего мужа до действующей власти и мирового заговора. И мало кто начнет искать проблему в том, что он неправильно воспитывал своих детей или сам слишком ленив. Не хочу занудствовать… хотя хочу. Поводом послужил предмет личной женской гигиены. Обычный кроваво-грязный, из известных мест, который аккуратно подвешен за веревочку на кустике около моего подъезда.

То есть какой-то homo sapiens где-то раздобыл, выбрал видное место и тщательно привязал к кустику. А остальные теперь должны ходить и смотреть…

Это присказка, а сказка в том, что люди, которые стремятся покинуть Родину в наших реалиях – не предатели, а наиболее брезгливые индивиды.

Даже если сменится все руководство на 100% – не поменяется ничего. Люди бегут от своих соседей по подъезду и лестничной клетке. Один сосед завалил подъезд хламом, второй, выгуливая собаку, не убирает за ней. И хорошо, если его собака не сделала все в лифте. Подростки обрывают почтовые ящики или кидают в них окурки…

Не в силах изменить состояние и качество локации – человек бежит. Кто-то мигрирует вовнутрь себя, призывая на помощь горячительное, а кто-то стремится поменять мир вокруг целиком.

Так кто же больший «предатель»? Кто бежит? Для меня тот, кто не убирает за своим псом – и есть самый большой ненавистник своей Родины, города, соседей и себя самого».

Есть старое цыганское присловье: «Ну что, жена, этих детей помоем или новых нарожаем?» – которое тут можно так перефразировать: «Ну что, в этом доме приберемся или в соседский переедем?»

Чистоплотную даму правильно воротит с души от нечистоплотности соседей – но меня воротит от ее чистоплюйства. Нет, я прекрасно понимаю, что речь вовсе не о том, чтобы снять с ветки, поборов брезгливость, пакостный предмет: местный пакостник живо найдет, чем заменить. И для уборки тут одним веником с совком не обойтись: в чистке нуждается сознание соседей – а с этим делом связываться, что называется, себе дороже. Однако любишь в чистом лифте кататься – люби и саночки с мусором из голов ближних вывозить!

В мире наступившего на нас индивидуализма это, конечно, трудней и непривычней, чем вытряхать личный половичок – но иначе нам удачи не видать! Беглецов за чистотой в чужие страны встречают там как своего рода отброс – и надо быть нечистоплотным душой крайне, чтобы согласиться на такую роль.

В чем главное затруднение в этой неподатливой, но необходимой работе над уродами, которые загаживают нашу жизнь не только физически, но и морально, вызывая чувство личной обгаженности, что сносить трудней всего? Боязнь показаться белой вороной, угодить под насмешки паразитов. Ну да, есть такой риск – как и в любом общественном почине; но надо не бояться, не стесняться, для чего полезно знать нужные прихваты.

Вот как-то иду я по бульвару, впереди – роскошный БМВ, двое братков стоят, прислонясь к авто, тритий сидит за рулем и болтает с ними через открытое окно. Достает пачку сигарет, берет из нее последнюю – и кидает пачку на асфальт. Я останавливаюсь, поднимаю ее и громко, нарочито на публику, говорю, отметив краем глаза в сотне метров полицейскую машину:
– Можно за тобой убрать?
Браток смотрит на меня с недоумением – и отвечает под смех дружков:
– Че, убери, если охота…
– Не обидишься? – я интригую дальше и пацанов, и публику, которая приостанавливается вокруг нас.
– На че?
– Обычно люди за свиньями и прочими скотами убирают, тебя это не смущает?

По изменившимся вмиг лицам стало видно, что не будь вокруг народа, эти братки меня прибили б тотчас. Но шкурный страх оказался для них сильней понтов, и так как я не трогался с места и народ, ожидающий развязки – тоже, стоявшие попрыгали в машину, и ее как ветром сдуло. Я же победоносно отнес ту пачку в урну и, чувствуя себя героем в глазах зрителей, продолжил свой путь.


В моем подъезде подросли на моих глазах детишки – и завели дурную манеру: заходят перед тобой в подъезд с пружинной дверью – нет чтобы придержать ее на миг, делают вид, что не заметили тебя, и юркают вперед. Ничего страшного по сути – но это зернышко, из которого на конце свободно может вырасти тот самый тампон или подожженный почтовый ящик, если вовремя не выкорчевать.

Прижал я как-то пару мальцов у лифта и рассказал им страшную историю, как один мальчик придержал однажды дверь перед соседом – и у него от этого отсохла, а потом отпала правая рука. Кажется, подействовало. При этом сам я, разумеется, держу дверь, если вижу соседей на подходе; они от души благодарят, особенно женщины с сумками в обеих руках. Но никак не привыкнут не бросаться сломя голову вперед при этом: для них мой жест обычной, ординарной вежливости – чуть не какой-то героизм, грозящий оставить их по гроб жизни у меня в долгу…

Еще занятный случай. Как-то на утренней зарядке, подбегая к турнику на нашей набережной, я вижу стайку девчат лет по 14 верхом на поваленном дереве с сигаретами в зубах. Уже было пробежал, но потом все-таки вернулся, попытался пристыдить их за курево.

– А тебе, старый хрен, какое дело? – говорят.

–Прямое! Когда я совсем состарюсь, сам себя кормить не смогу – и из вас калеки вырастут, тоже кормить меня не сможете. И что мне тогда – ложись и умирай?

Они озадачились слегка, мы еще о том, о сем поговорили; я сказал, что мальчики зовут курящих девочек хабалками – и ушел к своим упражнениям.

Назавтра утром на том же самом месте вижу их же, с тем же куревом. Только когда теперь я приблизился, две девчонки мигом спрятали сигареты за спины. И вдруг мне:

– Вы извините нас за вчерашнее, просто с нами никто никогда не говорил как вы. Мы все поняли, с завтрашнего дня курить бросаем, уже друг дружке слово дали. И вы нас здесь больше не увидите…

Опять поболтали еще про школу, почему они ее прогуливают; про родителей, про телевизор, про мальчишек – мне интересно было послушать их дикорастущие, отвязанные от наших берегов суждения…

И после я действительно их больше там не видел – но в их лице увидел чудо преображения из хамоватых «дурочек с переулочка» в хороших, стыдливых девочек, которым лишь не повезло встретить на своем пути этих «культурных дам». Укатили, знать, за их культурой за границу…


Так вот, уезд – это не выход, а бегство, проигрыш, моральная капитуляция перед теми дикарями из БМВ, которые в конечном счете примут и испохабят вконец этих потерявшихся девчат. Словами УК – «оставление без помощи лица, лишенного возможности принять меры к самосохранению по малолетству…» На мой взгляд, такое деяние со стороны «культурной публики» – ничем не лучше, если даже не хуже, чем подвесить выше названную дрянь на куст.

Зато сам факт сопротивления поганому поветрию – морально ободряет и приподнимает неравнодушного борца как в собственных, так и в чужих глазах. Капитулянт же будет так и так страдать – особенно уйдя во «внутреннюю эмиграцию». Говорят: «На упрямых воду возят, а на покорных – дерьмо». И наша власть, хоть и тупая с виду, наделена безошибочным чутьем, что и с кем можно позволить себе, а что нельзя.

Однажды я пришел в свою управу по одному бытовому вопросу. Нашел дверь нужной мне сотрудницы, постучал, заглянул – она, не обращая на меня внимания, увлеченно и явно не по делу треплется по телефону. И еще делает мне эдакий привычный, хамский жест рукой: дескать пошел вон. Потом все-таки отнимает трубку от уха:

– Не видите, я занята!

– Я вижу, что вы заняты не тем.

– Вы меня еще учить будете?

– Вас – уже нет.
Где сидит ваш глава управы? У меня вопрос к нему: что за сброд он понабрал в работники?

Сотрудница преображается мгновенно:

– Кать, я перезвоню, – шипит в телефон и лучезарно улыбается мне: – Вы проходите пожалуйста, присаживайтесь!

Приносит извинения – и решает мой вопрос в два счета…

Стоит нам всем как-то подсобраться, показать себя не лыком шитыми и не пальцем делаными, да еще попридержать, образно говоря, друг другу дверь – не заметишь, как и вся жизнь, и власть поменяются. Научимся дружно бодаться – станем не стадом клопов, коих давить поодиночке проще некуда, а народом, с которым, как с показавшим себя с лучшей стороны французским, шутки плохи.

Но для начала нам бы стать хоть издаля похожими на тех таджиков, что в дворниках и батраках ухитряются путем взаимной выручки не худо выживать на нашей, чужой и холодной для них земле! На днях я с изумлением увидел в наших домах их мини детский садик с молодой, хорошо одетой воспитательницей и выводком беззаботно лопотавших рядом с ней по-своему детишек. Стало быть, смогли сообща и денег наскрести на это дело, и какую-то нашу чиновницу расколоть на разрешение!

Да, они тоже – беглецы, и по большому счету у меня к ним та же претензия, что и к нашим: надо ладить жизнь на своей родине, а не на чужой. Но у них, изгнанных с родных мест наступлением еще более страшного средневековья, чем у нас, перед нами есть одно существенное преимущество: эта диаспорская солидарность, что города берет.

А мы свою потеряли – следом неизбежно стали терять и города. И виноваты в этом лишь мы сами, ибо винить в чем-то наших дрянных правителей без толку: у них нет совести, за которую можно было бы прихватить, как у того подвешенного на кусте тампона.

Главное, что сейчас нужно нам – понять, что мы друг другу не чужие и что поодиночке нам не выжить ни у себя дома, ни на чужбине. Не удирать во внутреннюю или внешнюю эмиграцию и на свои безысходные диваны – а наступать в указанном ключе. Только тогда эти тампоны будут отступать.



victorvideo

Tags: #Вектор, народ, общество, упадок
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo victorvideo 09:58, monday 4
Buy for 30 tokens
В конце XIX века Герберт Уэллс сочинил роман «Война миров» о нашествии на Землю марсиан. За минувшие сто с лишним лет сюжет стал одним из самых распространенных и породил множество подражаний. Стоит напомнить, что марсиане, находившиеся на высокой стадии развития, развернули…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments